Хайдеггер как литературный персонаж. Часть II



Коваль О.А., Крюкова Е.Б.
Хайдеггер как литературный персонаж. Часть II // Антиномии. 2020. Т. 20. Вып. 2. С. 7–32.
ISSN 2686-7206
DOI: 10.24411/2686-7206-2020-10201

Размещена на сайте: 13.10.20

Текст статьи/выпуска на сайте журнала URL: http://yearbook.uran.ru/images/files/Ant_2_20_732.pdf (дата обращения 13.10.2020)


Ссылка при цитировании:

Коваль О.А., Крюкова Е.Б. Хайдеггер как литературный персонаж. Часть II // Антиномии. 2020. Т. 20. Вып. 2. С. 7–32. DOI: 10.24411/2686-7206-2020-10201 .
Koval O.A., Kriukova E.B. Khaydegger kak literaturnyy personazh. Ch. II [Heidegger as a fictional character. Pt. II], Antinomii=Antinomies, 2020, vol. 20, iss. 2, pp. 7-32. DOI 10.24411/2686-7206-2020-10201. (in Russ.). DOI: 10.24411/2686-7206-2020-10201 .

Аннотация

В широком плане исследование представляет собой попытку показать, как литература отражает и интерпретирует философские концепты, используя богатый арсенал присущих ей художественных средств. Личность и идеи Мартина Хайдеггера, одного из наиболее влиятельных мыслителей ХХ в., нередко становились предметом литературного рассмотрения. В фокус внимания данной публикации попадает второй период жизни философа - с 1933 г., когда он занял пост ректора Фрайбургского университета, и вплоть до самой смерти. Привлекаемые здесь произведения поэтов и писателей - Э. Елинек, Э. Яндля, А. Клюге, Б. Кенжеева, Г. Грасса, П. Целана, Т. Бернхарда, У. Абиша - создают образ мыслителя, который приобретает многомерность благодаря этой полифонии. Перипетии жизни и творчества превратившегося в легенду Хайдеггера высвечиваются под лупой писательской рефлексии, для которой граница между явью и вымыслом остается условной. Это позволяет понять характер и мотивы философа лучше, чем любые документальные свидетельства или даже речь от первого лица. Язык изящной словесности - насмешливый, язвительный, гротескный - создает необходимый противовес философскому дискурсу, который, по законам жанра, тяготеет к смертельной серьезности, невольно лишаясь критического отношения к самому себе. Такое соединение художественного воображения и метафизического умозрения оказывается продуктивным и для философии, испытывающей в поэтическом измерении свою этическую состоятельность, и для литературы, открывающейся как пространство экзистенциального вопрошания. Подобная версия интеллектуальной рецепции достойна внимания прежде всего потому, что не только обнажает противоречия хайдеггеровского мышления, но и предлагает в ответ собственные нетривиальные ходы и аргументы.

Ключевые слова:

хайдеггер литературный персонаж художественная литература философия нарратив интертекст heidegger literary character fiction philosophy narrative intertext

Рубрики:

Смежные дисциплины



Возможно, вам будут интересны другие публикации: