Оскорбляя жертвы: становление жанра GULAG- exploitation

Ссылка при цитировании:

Аннотация

Статья рассматривает некоторые образцы отечественной кинопродукции конца 1980-х — начала 1990-х годов в контексте развития жанра Nazisploitation в западном кинематографе 1970-х гг. Опираясь на существующую ограниченную научную литературу, автор раскрывает специфику жанра Nazisploitation в обоих его изводах: трешевом кино на грани порнографии и признанных шедеврах знаменитых режиссеров. Рассмотрены как аргументы против этих фильмов, определяемых как оскорбление памяти жертв нацизма, так и немногочисленные доводы в их пользу. Также в докладе рассматривается близкий литературный жанр — так называемая «шталаг — литература», популярная в Израиле в 1950-е — 1960-е годы. Выступление демонстрирует генетические связи между Nazisploitation и формирующимся жанром GULAG-exploitation прежде всего через появление фильма «Ильза — тигрица Сибири» (Канада, 1977). В качестве предшественников жанра рассмотрена также серия комиксов Le Goulag французского комиксиста Dimitri (1970-е — 1980-е) и некоторые другие изобразительные источники. Несмотря на существование цензуры, автор отмечает проникновение заимствований из западного кинематографа Nazisploitation в советское кино 1970-х, в основном на уровне отдельных сцен. Непосредственно становление жанра GULAG-exploitation рассматривается на примере фильмов «Чекист» (реж. А. Рогожкин, 1992), «Затерянный в Сибири» (реж. А. Митта, 1990), «Ад или Досье на самого себя» (реж. Г. Беглов, 1989) и «Кома» (реж. Н. Адоменайте, Б. Горлов, 1989), а также некоторых других, менее чистых образцов жанра. В докладе отмечается, что типологическое сходство с жанром Nazisploitation заключается в изображении тюрем и лагерей как замкнутых пространств, существующих исключительно для осуществления насилия, причем обычно (даже в трешевых фильмах) не сексуального в конвенциональном смысле. Какое — либо иное значение за этими пространствами (например, экономическое или собственно пенитенциарное) отрицается. Автор также указывает на отличия между жанрами, в частности, фильмы GULAG-exploitation, в отличие от прототипа, мало связаны с темой «женщина в тюрьме».В заключение автор задается вопросом, оскорбляет ли жанр GULAG-exploitation память жертв репрессий и можно ли найти аргументы в пользу его существования.

Ключевые слова:

Оглавление

Рубрики: